| Главная » Файлы » Для одноклассников |
| 01.10.2013, 18:55 | |
| Какой ник или никнейм придумать себе, чтоб было занятно зайти на страницу? Здесь мы собрали интересные и не очень обычные ники и никнеймы для социальных сетей вконтакте и одноклассников *************** Среди общей суеты я не сразу нашел командира роты, к которому должен был явиться, и довольно долго просидел возле землянки, отрытой в каменистом грунте на высоком берегу реки, слушая совершенно незнакомый мне и непонятный говор мадьяр и задавая себе вопрос: на каком же языке я буду с ними объясняться? Наконец появился командир роты — он участвовал в преследовании белых и был ранен. Правая рука у него была на перевязи, и рукав куртки австрийского образца болтался пустой. Я представился ему по-русски, он с улыбкой, сразу скрасившей его худощавое, черноусое лицо, покачал головой и спросил меня: — Говорите ли вы по-немецки? Его немецкая речь была своеобразна: вместо «х» он говорил «ш» и вместо «3» —.«с», но понять его можно было свободно. Мы объяснялись на немецком языке. — Ну вот тебе будет первое поручение,— сказал он.— Сходи к вашим и сообщи, что напали на нас белые казаки. Они пробрались через болото и рассчитывали, что мы напугаемся. Но мои ребята рунд херум,— по-командному резко сказал он,— взяли штыки на руки, и мы их перекололи изрядно много — восемнадцать человек. Остальные ушли тем же путем, которым пришли. Конечно, надо было бы угнать их подальше, но наши молодцы, храбрые на твердой почве, боятся болот, да еще на чужбине... Я тут же выполнил поручение, сходил к своим в роту и явился вовремя, потому что стрельба на фланге взбудоражила наших п они уже были в боевой готовности. Слушать мой рассказ о мужестве мадьяр собрались все, кто был поблизости. Меня прерывали одобрительными возгласами, тем более что я не жалел красок и незаметно для самого себя превратился в свидетеля того, как моЛодцы мадьяры, взяв наперевес свои австрийские винтовки с при- мкнутыми, похожими на ножи штыками погнали беляков в болото. А потом, уже при утреннем солнышке, я снова вернулся в расположение мадьяр, отыскал командира роты, который приветливо кивнул мне, сказал что-то, указывая на меня, и мне принесли политое красным соусом мясо— так впервые отведал я гуляша, вкусного венгерского кушанья... По прошествии едва ли не сорока лет мне трудно припомнить все подробности этого далекого дня, который невольно выделяется среди других дней тех боевых месяцев, так как я провел его в обстановке несколько необычной. Мадьяры мне понравились. Это были ловкие, веселые и в большинстве своем молодые ребята. Ко мне они относились дружелюбно, и хотя я их явно не понимал, они с большой охотой что-то рассказывали мне, весело хлопали по плечу и показывали куда-то в пространство, явно в направлении нашего общего врага. Впрочем, такие слова, как «Ленин», «Советы», «белые», «красные», «Интернационал» и «большевик», они знали очень хорошо. Среди мадьяр оказались австрийцы. Один, маленького роста, с грустными глазами и уже пожилой, вышел к вечеру с мандолиной. Рыжее закатное солнце никло в хвойной зелени сосен и елей. Неторопливо, с величественной медлительностью, оно гасло и никак не могло погаснуть... На полнеба разбросала краски уральская заря, а он все пел какие-то нездешние дурашливые песенки про бедного портняжку, который при любых условиях удобно устраивается: когда ему негде спать (хат кайн бет), он спит на подоконнике; когда ему не с кем танцевать, он танцует с свиньей соседа; когда нет вина, он прыгает на одной ноге. И только в одном случае — когда у него нету хлеба (хат кайн бротт) — он берет иголку и... закалывается насмерть (штпхт зих тот!). — Веселые люди рабочие из Вены! — посмеиваясь, сказал командир роты.— Мы здесь собрали их целый взвод. Ведь я и сам работал в Вене! — с какой-то гордостью сказал он.— И они меня считают своим. У нас в отряде среди венгерцев городских рабочих мало, все больше батраки и крестьяне победнее. Они хорошо разбираются в русских делах, для этого и языка знать не нужно. В нашей стране помещик сидит на горбу у крестьянина, пожалуй, покрепче, чем у вас... В зеленой темноте зажглись костры. Командир роты, днем на несколько часов уходивший поспать в землянке, сейчас весь превратился во внимание. И хотя ему трудно было после ранения, он несколько раз поднимался и уходил, чтобы проверить караульную службу. — Ты Ленина видел? — спросил он, расположившись возле костра.
| |
| Просмотров: 12418 | Загрузок: 0 | Рейтинг: 2.0/1 | |